Назад к списку

История №2


Как придумывать истории: метод первый

Расскажите о том, что любите

Как ни странно, фотографию с историей лучше начать не с поиска универсальной темы, а с того, что волнует лично вас. Однажды мне задали вопрос о любимом сюжете, и выяснилось, что у меня довольно много фотографий о путешествиях или приключениях, где герой даже не начал собирать вещи. Или начал, но из дома не вышел. А если он все же куда-то уехал, то уже скучает по дому. Такой эскапист-интроверт. Я думаю, в этом виноват Борхес и его «Элегия о невозможной памяти», где он говорит, что хотел бы помнить вещи, случившиеся с другими людьми, поменяться с ними памятью, прожить их жизнь. Получается, у меня так много картинок про мечтателей, потому что «невозможная память» — моя любимая история, и мне интересно рассказывть ее снова и снова.

Тот же Борхес говорит, что историй всего четыре. У каждого — свои четыре истории. Выберите то, что трогает именно вас.

«Одна, самая старая — об укрепленном городе, который штурмуют и обороняют герои. Защитники знают, что город обречен мечу и огню, а сопротивление бесполезно; самый прославленный из завоевателей, Ахилл, знает, что обречен погибнуть, не дожив до победы. Века принесли в сюжет элементы волшебства. Так, стали считать, что Елена, ради которой погибали армии, была прекрасным облаком, виденьем; призраком был и громадный пустотелый конь, укрывший ахейцев. Гомеру доведется пересказать эту легенду не первым; от поэта четырнадцатого века останется строка, пришедшая мне на память: «The borgh brittened and brent to brondes and askes»; Данте Габриэль Россетти, вероятно, представит, что судьба Трои решилась уже в тот миг, когда Парис воспылал страстью к Елене; Йитс предпочтет мгновение, когда Леда сплетается с Богом, принявшим образ лебедя.

Вторая, связанная с первой, — о возвращении. Об Улиссе, после десяти лет скитаний по грозным морям и остановок на зачарованных островах приплывшем к родной Итаке, и о северных богах, вслед за уничтожением земли видящих, как она, зеленея и лучась, вновь восстает из моря, и находящих в траве шахматные фигуры, которыми сражались накануне.

Третья история — о поиске. Можно считать ее вариантом предыдущей. Это Ясон, плывущий за золотым руном, и тридцать персидских птиц, пересекающих горы и моря, чтобы увидеть лик своего бога — Симурга, который есть каждая из них и все они разом. В прошлом любое начинание завершалось удачей. Один герой похищал в итоге золотые яблоки, другому в итоге удавалось захватить Грааль. Теперь поиски обречены на провал. Капитан Ахав попадает в кита, но кит его все-таки уничтожает; героев Джеймса и Кафки может ждать только поражение. Мы так бедны отвагой и верой, что видим в счастливом конце лишь грубо сфабрикованное потворство массовым вкусам. Мы не способны верить в рай и еще меньше — в ад.

Последняя история — о самоубийстве бога. Атис во Фригии калечит и убивает себя; Один жертвует собой Одину, самому себе, девять дней вися на дереве, пригвожденный копьем; Христа распинают римские легионеры.

Историй всего четыре. И сколько бы времени нам ни осталось, мы будем пересказывать их — в том или ином виде».

Хорхе Луис Борхес,

Четыре цикла

Если вас увлекают истории о побеге, о героях, которые покинули эту реальность и оказались в волшебном царстве, вы можете сделать маленькую дверку из картона, закрепить на задней стороне фонарик и приклеить к стене, чтобы она появлялась где-то в углу кухни и излучала сияние, приглашая ее открыть. Если вам нравятся истории о мореплавателях, отправляйтесь к ближайшему ручью и снарядите экспедицию в Индию. Если вы увлеченный читатель, сделайте картинку про книги, про целые миры внутри них.

Когда вы работаете с тем, что любите, это заметно. Например, у моей любимой Кэтрин МакБрид (Catherine MacBride, https://500px.com/catmacbride) десяток иллюстраций с бумажными домиками, они минималистичные, милые и, кажется, не особенно сложные. Но они все сделаны с такой нежностью, что ее нельзя не почувствовать.

Вспомните любимых героев, любимые сказки, сделайте список своих любимых вещей. Последнее, кстати, помогает лучше всего, потому что в него можно тыкать пальцем и наугад выбирать тему для съемки: «Сегодня мы делаем картинку про гербарий. Нет, про печенье. Нет, про остро заточенные карандаши!»